Растем?!

• 

Сентябрь принес макроэкономический сюрприз. Впервые после многих месяцев очевидной стагнации темпы роста промышленного производства резко ускорились, достигнув 11% годовых. Естественно, сегодня только сумасшедшие могут давать прогнозы относительно того, тенденция это или случайность, но некоторые аналитики «Эксперта» именно к таким и относятся. Причем это именно те аналитики, которые предсказали и осенний кризис 2008 года, и именно девятимесячный период острого посткризисного спада — в общем, им иногда можно доверять. Так вот, они полагают, что рост, и бурный, продолжится. По их данным, вплоть до конца года темпы роста промпроизводства сохранятся на таком же высоком уровне. Возникает вопрос: с чего бы это? Мы не видим ни одной макроэкономической причины, которая могла бы привести к перелому стагнационного тренда: мировая экономика в депрессии, денежная масса не растет, инвестиции падают, торговый баланс тоже снизился (хотя и не критично) в ответ на падение экспорта и некоторый рост импорта. Единственный макроэкономический параметр, который растет, — денежные доходы населения. В 2012 году они росли энергично. Но может ли потребительский внутренний спрос стать достаточным мотором для роста промышленности? Судя по всему, может.


Текущее состояние более всего похоже на давно уже забытый 2002 год, когда экономика столь же незаметно для всех стала быстро расти. Природа того роста была заложена не в стратегии крупнейших, а в стратегиях многих мелких и средних компаний, которые нарастили потенциал в постдефолтный период и, что называется, поймали новую волну. Им помогал внутренний спрос — отчасти потребительский, отчасти производственный. Приток денег в экономику, инвестиции, энергичный рост цен на нефть — все это началось примерно через год. Тогда мы трактовали это таким образом, что «тысячи хозяйствующих субъектов начали реализовывать свои хозяйственные планы», и совокупность этих реализаций вылилась в рост.

Скорее всего, сегодня мы наблюдаем нечто похожее. При всех огромных сложностях, с которыми сталкивается бизнес, мы можем видеть формирование множества новых трендов, которые вовлекают в рост экономических агентов. Экологические продукты — производство и продажа, логистические услуги разных уровней мощности, разнообразные способы внедрения энергосберегающих технологий и материалов, скромные, но многочисленные попытки наладить производство одежды и обуви на территории России, свои плоды начала приносить и локализация — иностранные компании-производители постепенно обрастают поставщиками комплектующих. Вот тот набор новых трендов, которые видны не слишком вооруженным глазом.

Тревогу внушает динамика инвестиций — они сокращаются, и, казалось бы, это противоречит радужным ожиданиям. Однако и в тот период начала 2000-х взлет инвестиций начался через год после старта экономического роста (почему оный и не был особенно замечен). Этот феномен — запаздывание инвестиций по отношению к росту — объясняется так: экономический рост самых активных хозяйственных субъектов спустя несколько месяцев начинает формировать позитивные ожидания у большего числа игроков, в ответ на это банки начинают снижать субъективное ощущение риска, процентные ставки падают, что позволяет вовлекать в экономический рост еще большее число агентов. Так формируется новая волна экономического роста, у которой, как правило, нет никакой видимой причины. Именно эта самопроизвольно рождающаяся волна — главное доказательство принципиальной жизнеспособности экономики.

Значит ли это, что правительство может расслабиться? Естественно, нет. Чем больше оно будет «подыгрывать» волне, тем больший размах она приобретет. В целом же сам факт, что мы в состоянии перейти к росту в условиях мировой стагнации, показывает, что у нас есть все шансы за следующие семь лет увеличить примерно вдвое долю среднего класса страны, а вместе с этим и радикально повысить общий уровень жизни.